ГЛАВНАЯИНФО/INFOАВТОРЫГАЛЕРЕЯХРОНИКА ССЫЛКИКОНТАКТМЕДИА
КАРТА САЙТА ИСКАТЬ ПРИНТ  
Электронный журнал «ПОНЕДЕЛЬНИК» №2
6 ноября 2006, Тарту
 
 
Лариса Йоонас: художник должен служить миру!
 
Лариса, как получилось, что Ваш дебютный сборник стихов (в который вошла и небольшая прозаическая часть) «Самый белый свет» вышел в Москве? Неужели здесь не нашлось издателя?

Это, скорее, связано с тем, что до недавнего времени то, что я писала, не было востребовано тут, а в России благодаря сети нашлись читатели (низкий им поклон), и книга появилась потому, что она оказалась нужна людям.
Если и здесь возникнет потребность в моей книге, я думаю, она появится.

В эпиграфе Вашего сборника приведены слова Арво Пярта. В какой мере эстонская культура влияет на Ваше творчество?

Я не разделяю культуру по национальному признаку. Музыка вообще не имеет никаких границ. То, что один из самых значащих для меня композиторов оказался эстонцем, случайность, но она очень украшает мою жизнь. Я могу назвать несколько людей искусства, которые произвели в свое время на меня огромное впечатление, задолго до того, как я приехала жить в Эстонию, и это все были северные люди – Мунк, Гамсун, Лагерлёф. И Пярт – дитя этой земли, он неразделим с ней, хоть и живет теперь в Германии.
Надо отметить, что эстонские музыканты представляют собой довольно заметные величины – и Эркки-Свен Тююр, и Урмас Сисаск, и Свен Грюнберг и другие, это такая особенная музыка, она мне всегда вдобавок напоминает эстонские фильмы, эстонскую мультипликацию, которая в 80-х-начале 90-х была живительным воздухом не только для живущих в Эстонии. Очень интересно и театральное искусство Эстонии, тут я могла бы перечислять имена и восклицать, но это требует отдельного разговора.
А вот литература не оставила сколько-нибудь заметного следа во мне, хотя, безусловно, талантливые литераторы есть и здесь.

Как Вы оказались в Эстонии и когда начали писать стихи?

В Эстонию я приехала как все тогда, в 80-е, «по распределению», мне потребовалось время для того, чтобы привыкнуть к новому месту, но здесь сразу нашлись друзья, а потом уже никуда не хотелось уезжать.

Стихи со мной с самого начала, сколько себя помню, столько пишу.

Недавно Вы написали в своем блоге, что предпочитаете относиться к поэзии как к искусству, а не науке, обсуждая так наз. «филологические стихи». Что в этой связи можете сказать о социализации современных поэтов и поэзии?

Блог – такая штука, в которой можно писать мысли спорные, не всегда зрелые, поэтому я бы не стала опираться на это высказывание, как окончательное, хотя сейчас мне кажется, что я права.

Если говорить о социализации, как проникновении повседневности в поэзию, то, безусловно, поэзия представляет собой один из коммуникационных каналов, и изменение общества ведет и к изменению формы и наполнения стихотворения.

Если речь идет о том, что у поэта гораздо больше возможностей найти непосредственный отклик потому, что к его услугам сеть, то я думаю, что сеть только обостряет те явления, которые существовали и вне ее. Стало проще найти литературу, стихи, которые раньше просто невозможно было прочесть, стало проще размещать свои произведения так, чтобы их нашли люди.

Но, я думаю, одна вещь все же ничуть не изменилась за это время – как было сложно найти своего читателя, так и это будет сложным всегда. Свой читатель – это тот, который способен уловить как можно более глубокий контекст и этот контекст совпадает с его восприятием мира. И тут не поможет ни реклама, ни публикации, ни толстые журналы, потому что даже толпы поклонников, любящие звезду, не дадут ощущения того, что все происходит не зря.
Художник должен служить миру.
Как бы мы ни определяли поэзию, как бы мы ни оценивали ее, если служения нет, произведение есть мертвый, пустой груз, созданный неизвестно зачем непонятно для чего.

Как я понимаю, для Вас важна фонетическая составляющая поэзии. Очевидно, это обусловлено Вашими музыкальными пристрастиями. Какие композиторы (исполнители) Вас вдохновляют?

О Пярте мы уже упоминали, О Бахе, пожалуй, и упоминать излишне. Перечень тех, кто мне дорог, займет слишком много места. Могу сказать только, что я очень люблю оперу и камерное пение, и особенно близко воспринимаю современную музыку – Сильвестров, Канчели. На этом себя обрываю, потому что музыка – неисчерпаемая тема.

Что касается фонетической составляющей стихов, то намеренной игры тут нет, для каждого стихотворения существует одно единственное возможное сочетание слов, которое будет верным, если удается его найти – стихотворение звучит.

Одна из центральных тем Вашего сборника – это тема времени. Что все-таки является для Вас «самым» белым светом – прошлое или будущее?

«Самый белый свет» – это название не только книги, но и стихотворения, с которым связано очень интимное переживание, сопряженное с такими событиями моей жизни, о которых не хочется говорить вслух. Я очень надеюсь, что сходное прочтение, близкое к тому, что ощущала я, возможно и другими людьми, пусть у них будет другая, своя расшифровка этих слов.

А время, да, это особенная тема. Мой род очень древний, несколько лет назад я впервые держала в руках бумаги начала 17 века, упоминающие моих предков. До этого я знала о своих предках только из семейных преданий. Есть историк, который утверждает, что знает историю нашего рода до 6 века нашей эры. Вот представьте – полтора тысячелетия за спиной. Это меня едва не согнуло. И очень изменило мои отношения со временем.
Я воспринимаю время только как накопление опыта, изменение, которое постоянно с нами происходит, тогда не имеет смысла говорить о прошлом или будущем, есть только настоящее.
 





Copyright © tvz 2003-2007