ГЛАВНАЯИНФО/INFOАВТОРЫГАЛЕРЕЯХРОНИКА ССЫЛКИКОНТАКТМЕДИА
КАРТА САЙТА ИСКАТЬ ПРИНТ  
НОВЫЕ ОБЛАКА ISSN 1736-518X
Электронный еженедельник литературы, искусства и жизни
Выходит по понедельникам


31/2007 (22.10.2007, Тарту)


АРКАДИЙ ЛЕВИЕВ


АЛЬМА

Слева от проходной судоремонтного завода находился собачий питомник. Иногда друзья останавливались у ограды и наблюдали через сетку, как натаскивают будущих помощников, а Олег, как сельский житель, мечтательно вздыхал. «Вот бы такую мне домой, в Рождествено!»
В тот день команда получила зарплату. И по традиции спустила ее вечером в близлежащих пивбарах.
Впереди шла большая и шумная толпа. В центре,- их боцман Николай, остальные крутились вокруг. За пазухой у Николая черноухий месячный щенок. Каждый тянул руку, чтобы погладить собачку. Коля отбивался. Гера с Олегом переглянулись и пожали плечами. Как оказался щенок из питомника за пазухой у боцмана?
Когда Николай ступил на трап, судно неожиданно качнулось, конец трапа выскочил из-под комингса и подпрыгнул. От неожиданности Николай, чтобы удержать равновесие, выпрямился и взмахнул руками. Щенок выпал и полетел в воду. Все замерли. Высота около четырех метров. Послышался слабый шлепок. Собачка начала бить передними лапами по воде. Олег негромко заметил, что вода то холодная. Действительно, конец октября. Гера оглянулся, боцмана не было,- куда то исчез. И тут все увидели, как Николай перелез через планшир на промысловой палубе, оттуда до воды было не так высоко, и прыгнул. В руке у него была небольшая сетка. От сетки наверх уходила тонкая веревка. Расстояние между бортом и причалом всего ничего и удерживается только плавучими кранцами. Пароход качает вверх - вниз. Николай подплыл к щенку и сунул его в сетку.
Вытащили щенка, потом помогли выбраться боцману. Бедный щенок дрожал от страха и холода и тоненько скулил. Поставили его на палубу. Щенок стряхнул с себя лишнюю воду. Боцман подхватил его, побежал в каюту и уложил черноухого в меховой тулуп.
Щенок оказался породистой самочкой. Альма, такую кличку дал ей боцман и приручил к себе. Оказалось, что Николай обменял щенка на бухту капроновой веревки, дрессировщикам на поводки.
Недалеко от них в сухом доке стоял мурманский траулер. Мурманчане под предводительством своего тралмастера частенько заходили в гости. В доке было скучно. Ни туалета, ни воды, ни фильм посмотреть. Постепенно они перезнакомились с командой и в день получки принесли водки и завели разговор с боцманом, чтобы он продал им Альму. Тралмастер по кличке Ваер сверлил пьяными глазами Николая и выставлял на стол бутылку за бутылкой. Но Николай был неумолим и разговор закончился ничем.

Ремонт затягивался. Отозвали Олега, потом Геру. Альма подросла, окрепла. Однажды Николая вызвали по телефону на проходную. Он пошел, но забыл запереть Альму в каюте. На проходной никого не было. Николай почувствовал неладное и бегом припустил обратно. Вахтенный сказал, что приходили два мужика, прицепили к ошейнику Альмы поводок и сказали, что пойдут с ней погулять. По описанию это был Ваер с приятелем. Николай побежал к тому месту, где должен стоять мурманский траулер. Но причал был пустой.

Через полгода Траулер «Хибины» Мурманского тралфлота стоял на рейде Лас-Пальмаса. Позади был тяжелый рейс в Южную Атлантику. Половина команды гуляла на берегу, а вторая половина отдыхала от вчерашнего увольнения. Кто загорал на палубе, кто, наоборот, искал тень, чтобы спрятаться от жары, а кто беспрерывно обливался из шланга прохладной водой. Вокруг судна крутилась лодка с испанскими «торгашами». Они делали свой бизнес,- выменивали на бренди цветной металл и рыболовные снасти.
- Эй, амиго! - подозвал к себе лодку Ваер. Ваер мучился, похмельный синдром. Он сидел на шлюпочной палубе и свесил ноги за борт. Рядом лежала Альма. Ей было тоже жарко. Альма вытянулась, положив голову между ног и прикрыла глаза. Иногда она срывалась с места и убегала на нижнюю палубу, где стояла ее миска с холодной водой. Жадно хлебнет несколько больших глотков и обратно, к хозяину. Тут же, в нескольких метрах от Ваера лежал на подстилке и дремал Мотря.
- Мотря! - негромко окликнул Ваер,- где «помпа»?
Мотря нехотя приподнялся на локтях.
- Замполит с кэпом на берегу. Ты же сам помогал им смайнаться в мотобот, забыл, что ли? Пить надо меньше!
«Отлично!» Начальства нет. Старпом «свой в доску»,- подумал Ваер. Лодка с испанцами подплыла к самому борту.
Испанцы вопросительно посмотрели наверх.
- Какой проблем?- спросил один из них. Ваер выразительно щелкнул себя по кадыку. Испанцы помолчали, затем стали негромко переговариваться между собой. А сами смотрят на Альму.
- Хороший собак,- сказал самый молодой и курчавый.
Здесь, на шлюпочной палубе, было все, что нужно испанцам. Бронза, латунь, капроновые канаты в бухтах. Ваер принес пару латунных прутков и показал. Испанцы опять стали говорить о чем- то между собой.
- Собака продай,- сказал старший.
- Не продается!- зло ответил Ваер.
- Бренди даем, - показал на коробку курчавый. Ваер глянул вниз и отвернулся.
- Совсем обнаглели, что - ли?- подошел Мотря,- пусть дадут бутылку за металл и отваливают.
- Металл не надо! - раздалось снизу,- собака надо.
- Ну и катитесь!- крикнул Мотря. Лодка отцепилась от борта и стала дрейфовать. У Ваера от жажды помутилось в голове.
- Если я сейчас не похмелюсь,- подохну ведь!- он с тоской глянул вниз, потом на Альму. Альма догадалась, что речь идет о ней. Она встала и заскулила, потом не выдержала и гавкнула. У Ваера пошел туман перед глазами.
- Принеси ремни,- тихо сказал он Мотре. Мотря не двигался.
- Принеси ремни! - рявкнул Ваер.
Они прицепили под брюхо Альмы два ремня. Слеза капнула на черную спину. Потом осторожно спустили Альму в лодку. Альма не сопротивлялась.
- Как звать собака?- донеслось с лодки.
- Альма!- зло ответил Ваер.
К этим же ремням испанцы привязали ящик бренди.

Прошло много лет...
- Сколько тебя можно ждать? - Олег Пушкарев сидел на открытой веранде своего дома в Рождествено. На прошлой неделе он получил назначение на приемку нового траулера, оформил полагающийся ему отпуск перед поездкой за границу и теперь наслаждался домашним уютом.
Прибежала Альма, повиляла хвостом и устроилась у ног хозяина. Раньше она сторожила дом и у нее была своя собачья будка. Но теперь в будке живет ее сын Альтаир.
Потом пришел пятилетний внук Лека. Его вообще-то назвали Олег, в честь деда. Но, когда он был маленький, он говорил, что его зовут Лек, Лека.
- Чего тебе, деда?- спросил внук.
- Принеси мне фотоальбом, там на диване, я вчера не досмотрел, заснул.
Олег развернул кресло, чтобы солнце не светило в глаза. Половина фотографий были черно-белые, половина,- цветные. Черно-белые начинались с мореходки, многие из них были плохого качества, тусклые, потрескавшиеся, но они были дороже и милее цветных . А вот и серия фотографий, посвященных Альме. Тут и черно-белые, тут и цветные. Черно-белые были посвящены детству Альмы, когда ее щенком принесли на пароход. Олег так и назвал эту серию «Детство Альмы – матери». Дальше пошли цветные фото. «После долгой разлуки». И вот первая фотография из этой серии. Лас-Пальмас. Альма сидит возле спасательной станции на городском пляже. Она гордо выпятила грудь, она на работе. Здесь ей пять или шесть лет? Олег посмотрел на дату. Да, без малого пять лет...

...Они возвращались домой с промысла. На Канарах круглый год плюс двадцать пять, что на суше, что в море. В Лас-Пальмасе удалось встать к причалу, нашлось место. Олег с двумя матросами, Сергеем и Лешей и начпродом Степаном пошли в увольнение в первый день. Сразу же наткнулись на пляж почти в центре города. Народу на пляже совсем мало. Решили искупаться на обратном пути. После того, как попили пива, погуляли под пальмами, походили по магазинам и израсходовали песеты, уставшие, довольные зашли на пляж. Народу, по-прежнему, было немного. Молодежь быстро скинули с себя шорты, майки и с разбегом кинулись в море. Олег положил на песок покупки, потом присел рядом, снял ботинки, носки и вздохнул облегченно. Степан сделал то же самое.
Внезапно, Олег почувствовал странное волнение. Какой- то зрительный образ мешал сосредоточиться. Только что они прошли по пляжу мимо спасательной станции. Так? Так. Теперь станция осталась позади, метрах в тридцати от них . Так? Так. Что же его взволновало? И тут он услышал, как скулит собака. Олег обернулся. Черные уши торчком и белое пятно на шее. Альма! Неужели это ты? Олег босиком подошел поближе. Альма натянула стальной тросик, по которому она бегала, потом стала разбрасывать песок передними лапами, потом залаяла, потом завертелась на цепи. Олег подошел еще ближе.
На лай из высокой будки вышел курчавый испанец. Он спустился по деревянной лесенке и, улыбаясь, смотрел на Альму и Олега.
- Олег,- Олег протянул испанцу руку.
- Марко,- ответил тот крепким рукопожатием.
- Это Альма, - после паузы сказал Олег, он боялся, что у Альмы другое имя, - я ее знал вот такой,- показал он. Пауза. - Пять лет прошло... Не забыла старых друзей,- еще пауза.- А как она попала к вам?- Олег продолжал гладить Альму.
- Падре купиль Альма, руссо комарадо,- ответил Марко. Потом он заговорил быстро по-испански, иногда вставляя в речь знакомые русские слова. Марко показывал на спасательную станцию, на Альму, на пляж. Подбежали ребята, Сергей с Лешей, мокрые, запыхавшиеся. Потом подошел Степан. Поняли, что Альма помогла Марко устроиться на работу спасателем на пляж. Спасатель требовался со служебной собакой. Степан развернул сверток с бутербродами, которые они взяли с собой и положил их перед Альмой.
- Олег Иванович, это ваша собака?- спросил Леша.
- Когда-то была наша,- вздохнул Олег.
- А сейчас? - спросил Сергей.
- Длинная история,- помолчав, ответил Олег,- по дороге расскажу.
К вечеру весь экипаж знал, что их собака, их бывшая Альма, работает спасателем на пляже. Хотя никто, кроме Олега Ивановича, с Альмой раньше не был знаком. Начали поступать предложения, как вернуть Альму обратно. Одно хитрее другого. Например, те же Сергей с Лешей сказали, что один из них отвлечет Марко, а другой в этот момент отцепит Альму. Альма уже их знает и сопротивляться не будет. Были и совсем коварные планы. Как бы то ни было, но на второй день стоянки все, кто был в увольнении, специально заходили на пляж проведать «свою» Альму. И каждый приносил ей гостинец, кто сладостей, кто колбаски нарезной, а кто косточек мясных от обеда.
На третий день рано утром должны были выйти в море. В каюту постучался вахтенный и сказал, что пришли гости. Олег вышел к трапу. На причале стоял пожилой человек с седыми густыми усами и такими же густыми, но черными бровями. Он был просто одет, длинные, видавшие виды шорты и стоптанные сандалии на босу ногу. Он держал в руке поводок, на поводке сидела Альма. Человек сказал, что его зовут Джакос, что он отец Марко
и что они хотят вернуть Альму русским морякам. У них есть сын Альмы, его зовут Дэн, он уже большой и будет работать вместо своей матери. И он протянул поводок Олегу.
Когда отдали последний швартов и супертраулер «Петергоф» начал медленно разворачиваться, Олег увидел, что кто-то бежит по причалу, бежит наперегонки с большой черно-рыжей собакой. Олег скомандовал рулевому «так держать!» и посмотрел в бинокль. Бежал Марко и махал рукой. Рядом бежал Дэн. Уши как у матери, а окрас не совсем.
Альма поселилась в каюте старпома и признала Олега своим новым хозяином. Стояла с ним вахту, делала обходы, внимательно выслушивала его замечания и поворачивала голову набок, когда он разговаривал с ней, дескать я все понимаю, продолжайте...
После рейса «Петергоф» встал на профилактику. Почти вся команда ушла в отгулы.
Олег забрал Альму к себе в Рождествено. Так исполнилась его давнишняя мечта завести у себя дома настоящую собаку из питомника.





Copyright © tvz 2003-2007